Воспоминания далёкие и не очень. Доктор Ада.

Колесо

Зубной врач доктор Ада.

Я уже говорил, что в Новгородской части проходил службу под непосредственным руководством подполковника Уткина, невзлюбившего меня с первых дней только за то, что «прислуживаться», не в пример ему, «было тошно»,  а вот «сожрать» меня у него плохо получалось, потому, как дело своё знал и выполнял.

Ходили слухи, да и сам он по пьяни  не раз ругал жену и намекал на эти свои обстоятельства, что женился  в части на вновь прибывшей туда «зубной врачихе», которая была гордой и независимой, на спор. Жили они плохо, весь городок это видел, да и «подпол»  Аду свою  называл в разговоре не иначе, как «Моя»…, а дальше что-либо мало приличное.  «Слава» за ней тянулась как за грубой гордячкой, но зубным врачом  доктор Ада была по всеобщему мнению  преотличным.

Попал и я однажды к ней на приём. Зуб  побаливал пару дней, но я старался не обращать внимания. А вот на третью ночь «на стену полез». Ни таблетки, ни старинный способ с солью не помогали. Еле дождался утра….
— Рвите,- говорю, сил моих нет.
Та осмотрела, что-то там подпилила и говорит:
— Зуб подлежит восстановлению. Придётся, правда, повозиться. ПотЕрпите.
— Да рвите вы его, сил нет никаких!
— Я вам русским языком сказала: зуб подлежит восстановлению. И не сверкайте в мою сторону очами. Сказала: «Не буду!», значит,  и не буду рвать. Идите, жалуйтесь кому хотите. Или Дымова ждите (был такой в госпитале майор «зубник») он через пару дней из отпуска выходит. Только и на него не орите, а то он вам ещё пару соседних зубов вырвет.
Сижу, молчу, соображаю, что за пару-тройку дней с ума сойду, успокоился:
— Извините, лечите.

Возилась она с этим зубом не один день: пилила, сверлила, лекарства какие-то меняла, даже проводки электрические мне в рот вставляла и током через аппарат что-то лечила.

Сын их, морской офицер, бывал редко.  А тут приехал с женой – женился на женщине с ребёнком. Девчонка была славная и общительная. Какое-то время она жила у Уткиных.

Уж и не помню, по какой надобности я с начальником своим к нему домой зашёл. Заходим в прихожую, а туда выбегает девчоночка вся такая добром светящаяся и кричит в комнаты:
— Бабулечка, товарищ Уткин пришли.
Потом поворачивается к нам и протянув шефу ладошку, громко так и отчётливо:
— Здравствуйте, товарищ Уткин!
Тот аж засветился от счастья и давай чубчик свой не кучерявый ладонью «прилизывать».

Я подумал тогда, уже не в первый раз, что никакая она ни гордячка, раз не родная внучка её бабулечкой зовёт, ребёнка ведь силком не заставишь положительные эпитеты и эмоции выдавать….

P.S. Вспомнил я про всё это по той причине, что зуб тот, даже  электричеством леченный, развалился вчера вмиг и до основания от вишнёвой косточки.  Это «всего-то» не менее  чем через тридцать лет исправной работы….

P.P.S. А сожрал меня через пару лет ещё более паскудный пиджачок молдаванской национальности по фамилии Савой, оболгав, через  жену, перед командиршей. Ложь вскрылась, но ЛУКАМУДИЩЕВ, по одной из кликух, которые я никогда, даже при жене, вслух не произносил,  командир соединения генерал-майор Лукин,  меня «не простил» по принципу: ДЫМА БЕЗ ОГНЯ НЕ БЫВАЕТ….

 

Воспоминания далёкие и не очень. Милька.

Колесо

Сын как-то на СЕВЕРАХ пришёл домой очень грязный и НУ ОЧЕНЬ взъерошенный. Куртка на животе оттопырена и вроде как шевелится. Санька берёт её, куртку, за низ и начинает трясти,  оттуда выпадет щенок лайки, а он говорит:
— Это мой! Я его у многих желающих отбил!
Я и рта открыть не успел, а супружница моя наговорила кучу «приятностей» про того щенка и предложила немедленно покормить его. По взгляду её я понял, что мне на кухне, куда они с сыном унесли собачку, «делать нечего».
Как жена уговорила сына отнести щенка того назад в вольеры, которых было «пруд пруди» за гаражами, к маме, без которой ему плохо, не знаю. Ночью она со своей всегдашней решительностью заявила:
— Надо покупать свою собачку и как можно быстрее….А тут и командировка моя не замедлила «подоспеть». Улетел с заданием по возвращении завернуть в Ленинград, где свояк в то время в академии учился, и привезти щенка карликового пуделя чёрного окраса, мальчика (породу и цвет выбирали всей семьёй, изучив множество книг по собаководству).

На Кондратьевском рынке в Ленинграде чёрного не нашлось. Продавался только серебристый, который, впрочем, был ещё чёрным, только мордочка серая. Положил его в кожаную  раскладную сумку, сунув туда свой спортивный костюм «для мягкости» и кусок колбасы для «сытости», рванул в Пулково. На контроле сумку на конвейер не поставил, а сказал милиционеру, что у меня там живность. Тот охотно согласился посмотреть. Открываю молнию, а щенка нет! Костюм на месте, а щенка нет. Глядя на мою физиономию, милиционер пошарил рукой по углам и достал щенка с довольной улыбкой.

Дома ждали. Радости было! Давай его кормить, чем ни попади. Назвать решили Маркизом (продавщица сказала, чтобы на букву «М»).  Дети едва угомонились. Мы тоже хотели лечь, но вдруг обнаружилось, что у  собачки страшнейшее расстройство желудка. Провозились с ним всю ночь, впихивая в него насильно воду, чтобы не наступило обезвоживание, как в книжке было написано. А когда собачёнок в очередной раз выплюнул вливаемую в него воду, разозлился:
— Ну-ка, пей! Я тебя на радость купил, а не на детские слёзы….

Причина расстройства обнаружилась уже утром во время завтрака. Когда щенок, смирно лежащий под столом, увидел корочку хлеба, выпавшую у кого-то из детей, и так ловко, помогая себе лапками, выел мякиш. Его хлебом кормили продавцы, а мы ему чего только не надавали вчера….

Прихожу на обед со службы, а там опять слёз полон дом. Соседского кота, тоже которого Маркизом звали (личность, надо сказать, была препротивнейшая), собаки в клочья разодрали. Решили собаку Милордом назвать, Милькой, Милечкой….

Так и появился пятый член в нашей семье. Поставили его на учёт в ветеринарку Оленегорска, выписали, как положено, все документы. Много позже, тёща, приехавшая к нам в гости сказала:
— Счастливый тебе билет выпал, собачка.

А через пару месяцев жена попросила срочно свозить его к ветеринару и узнать, что за пятнышко появилось на лапке, как лечить и надо ли изолировать его от детей. Нашёл служебную причину и махнул в Олягу, прихватив, естественно Мильку. Захожу, спрашиваю кто последний, а в ответ тишина и хмурые какие-то лица.
— Тогда первыми будем, Милечка,- говорю собачке и усаживаюсь на первый стул рядом с дверью в кабинет врача.

Врачиха заходит почему-то с улицы с каким-то хмырём, который требует у неё вернуть хоть и верёвочный, но ведь поводок. Здороваюсь громко, по военному, очень нам эта женщина в первое посещение обоим понравилась добротой и внимательностью своей. Лицо её вдруг багровеет, она кидается, что называется, ко мне и …
— А Вы, вы, вы  зачем собаку заводили, если уже через два месяца усыплять привезли?!
— Да Вы, что такое говорите?! Кого усыплять?! Да меня самого умертвят, если я без него приеду!
— А Вы для чего приехали?- уже тихо и спокойно.
— Да вот жена за пятно на лапке беспокоится, чем лечить и надо ли детей к нему пока не подпускать.
— Проходите.
Очередь ответила гробовым молчанием.

Посветив на лапку какой-то синей лампой, врач сказала, что беспокоится не о чем, дала бесплатно какой-то мази:
— Два-три дня и всё пройдёт. Вы меня извините, но сегодня последняя пятница месяца….

На выходе из ветеринарки я внимательно посмотрел на распорядок её работы: последняя пятница месяца – день усыпления животных.

 

Воспоминания далёкие и не очень. Мэнш, дупель!

Летом 1963 года батя пришёл вечером домой как грозовая туча хмурый.  Мама, как всегда, сразу не налетела на него с вопросами, а молча, покормила….

Утром причину вчерашней хмурости отца узнал и я: ему настоятельно предложили новое место службы – ГДР. Вроде бы хорошая весть, ведь у нас ещё в Перми соседями по квартире была семья, глава которой там служил, так у пацана его был ТАКОЙ велик…, когда мы с братаном имели на двоих подростковый СВЗ. Но… брат уже закончил девятый класс, а в ГДР тогда ещё были только восьмилетки….

Причину столь настоятельного перевода отца «взаграницу», куда все просто мечтали попасть,  я узнал «попозжее малость». Отец уже тогда из лётчиков расчудесным образом по дури хруща в начфины переквалифицировался, и ни одна ревизия не находила в его «хозяйстве» не то что «пропавшей», но и незаконно потраченной копейки, а ТАМ, в ГДР, не то второго, не то уже третьего начфина батальона посадили….

Короче отец убыл к новому месту службы чуть ли не на следующий день. Мы с мамой и братом перебрались из финского домика, в котором жили, в одну комнату трёхкомнатной квартиры ДОСа и стали ждать вызова отца. Валерий, ну, брат мой старший, оставался в Кустанае и перед нашим отъездом должен был перейти жить к женщине, «имениотчества» и фамилии которой я не помню, но в семье нашей её называли ПАТРОНША.

Вызов от отца пришёл в начале декабря….

Дали отцу телеграмму и поехали. Мама уже в Челябинске начала переживать, не умирает ли с голоду её старшенький, хотя оставила ему сверх оговоренного почти всю наличку, как сейчас говорят.

Брест проехали ночью. Мама уже спала, а я пытался что-то читать при очень слабом дежурном свете за столом нижней боковой полки плацкарта. Чую чей то пристальный взгляд. Поднимаю глаза — отец стоит в проходе. Протёр глаза – отец не исчез. Оказывается, получив нашу телеграмму и будучи в командировке в СОЮЗЕ (так в ГДР называли тогда СССР) купил билет в наш поезд, правда в другой вагон….

На следующую ночь прибыли в Вюнсдорф. Отца должны были встречать, но задерживались, машина, как потом выяснилось, сломалась. Буфет на русском вокзале был закрыт, пошли с батей в «гаштет» на немецкий вокзал (мама отказалась, всё наверно думала, как это она будет, есть, а старшенький может голодный спать лёг….).

Зашли, заняли столик. Люд был разношёрстый и «разнонациональный», внимания на нас никто не обратил. Сделали заказ, ждём. Вдруг с соседнего столика на «пьяном немецком» раздаётся с огромным пафосом:

— Мэнш! Дупель!!!

Ну,  думаю сейчас полведра, как минимум, принесут. Официант довольно шустро приносит на подносе маленькую рюмочку и ставит перед надрывно кричащим и внимательно осматривающим зал придурком  на какой-то картонный кружок, коих, кстати,  по всем столам, кроме нашего, довольно много было раскидано. На удивлённый взгляд мой отец отвечает с улыбкой в углах рта:

— Порция корна (водки) 20 грамм, а дупель АЖ 40-к….

Забыли. Приносят две соски с хлебом и груду горчицы. Жрать уже «зело» хотелось.  А по сему, чуть обмакнув в горчицу, толстенную «сосищечу» кладу в рот, и … вопрос встаёт сам собой: в горчицу я её опускал или только подумал это сделать?!  Повторяю «опускание» — нулевой эффект. Немец за соседним столом не только голосом, но и жестами привлёк моё внимание:

— Камарад! Вот как надо! — и обваляв всю сосиску в горчице, засовывает её в рот….

Повторяю его «телодвижения» и не могу удержаться от «скривления морды лица своего» —  ТАКАЯ КИСЛЯТИНА! Оказывается,  немцы не заваривают горчицу, а просто разводят её чуть тёплой водой….

Это было моё первое знакомство с неметчиной….

PS. Через четыре с половиной года, привыкнув есть немецкую горчицу ложкой, что называется, выезжал в Союз по окончании десятилетки с одноклассниками и в привокзальном кафе Бреста (в ресторане мест не было) в ожидании заказа, намазываю горчицку на хлеб «не хилым слоем». Вижу явные ухмылки на лицах одностольников и  не только явно в мою сторону направленные.  Оглянулся, себя осмотрел и … сунул тот хлеб в рот. Свежая попалась, наша, русская! Выплюнуть неудобно, а проглотить … не возможно….

Воспоминания далёкие и не очень. У кого купил…?

  В очередной раз приехав в Волгоград к «тёще на блины» — в отпуск, где проживали и младшая сестра жены с дочкой, я, уступив многочисленным просьбам сына, повёл его, естественно вместе с племяшкой, Олюней, на рыбалку на Волгу.
  Червей накопали по дороге, не забыли и хлеба взять, спустились на ближайшую пристань, с которой катера на «Косу», на пляж, ходили. Вечерело и дебаркадер был пуст. Удочки было две, и детишки с большим удовольствием таскали мелюзгу плотвы, что, надо сказать, клевала хорошо. А я, от нечего делать, намотал на палец приличный кусок лески с «не хилым» крючком на конце, на который насадил плотвичку. и бросил вдоль борта.
  Вода была чистая и было прекрасно видно, как мелюзга эта поплыла под пристань.  В ту же секунду меня так рвануло за палец, что от неожиданности и боли я что-то провопил. Вытаскиваю очень приличного окуня. И так до тех пор, пока не закончилась мелюзга, детьми выловленная. А у них клёв прекратился. Как видно, стая окунёвая своим появлением распугала, «мелочь пузатую».
  Пошли домой очень, надо сказать, ВСЕ довольные. А там допрос с пристрастием: где и у кого это я окуней купил?! Все трое допросительниц: тёща, жена и свояченица, — так и не поверили ни мне, ни детям, что это просто удача.

 

Воспоминания далёкие и не очень. Меньше взвода не дадут….

Колесо

  Почти перед выпуском ротный НАШ, Степан Ильич Овчинников, приказом начальника училища был назначен на должность командира БОУП (Б@ДЬ! Для комбата Очередного курсантского батальона, со слов начальника отдела кадров, СТАРЫМ стал — сто чертей, решившим это в ж…, ой, в глотку), то есть «обратно» на майорскую, а на его место с АКАДЕМИЕВ пожаловала личность, мурло которого помню, но ХФАМИЛИЮ даже…, хоть убей…, а в фотоальбом училищный ради этого … лезть лень, не помню.Запомнил, уверен не только я, что, вызвав кого-то в канцелярию, сначала спрашивал закурить (ЭТО КАПИТАН У КУРСАНТА!!!), а потом следовал НАИДИОТНИЧЕСКИЙ вопрос о преданности Партии и Правительству…. ИИИ!!!…, если не дал закурить, а НЕ курящих ОНО не вызывало, следовала тирада, что мол туда зашлёт служить….

… на него забила вся ТРЕТЬЯ рота очень скоро. И угрозы следовали перед строем и лично. Не знаю, кто именно ему сказал, что ссать в штаны с детства не приучен, а по выпуску:
— Меньше взвода не дадут, дальше Кушки не ушлют!!!

После выпуска, то ли по странному стечению обстоятельств, то ли по подлости судьбы- индейки, угодил на Семипалатинский ядерный полигон, где на постоянном по понедельникам совещании офицеров по понедельникам услышал:
— Лейтенант Колесников назначается командиром взвода в 1356 оаб командиром взвода, лейтенант …, замнём для ясности, командиром ОТДЕЛЕНИЯ в команду «такую-то»….

Оказалось, что спецкоманды, а в принципе роты, на полигоне возглавляли майоры, а должности командиров отделений (взводов по обычному) были капитанскими….

Воспоминания далёкие и не очень. Почти про ноги.

Колесо

 Увидел сегодня в инете очень много фото однокашников по ЧВВАКУ: Челябинскому высшему военному автомобильному командному училищу, первый «высший» выпуск 1972 года. И в том числе фото Петра Селиванова, что в соседнем взводе общую «лямку тянул».  И… картина маслом….

В летних лагерях после первого курса училища, что прошли мы одни из последних (какой-то придурок, не иначе, упразднил обязательные ДО ТОГО летние лагеря), проснувшись утром в палатке, естественно, обнаружил, что дружок, Коля Лямов, лежит рядом на нарах в …, ну в самое никуда пьяный. Выходя на зарядку, накинул на его «разомлевшее бренное» и своё, и его одеяло. Заметил этот «парафин» не только я, а по сему закидали Николая всеми одеялами, что в палатке были.

Прибегаем с пробежки, а вместо зарядки ротный?,да ещё с какой-то бабулькой рядом,  приказывает старшине построить личный состав на генеральской линейке???

— Старшина! Кого нет в строю?,- спрашивает.
А в ответ тишина. Мы, ну вторая палатка, молчим оказывается ни одни: второе отделение второго (мы то вторые, но в первом взводе) тоже рожи воротит. Оказалось, что там Петро Селиванов ещё краше под одеялами отделения «почивают».

— Старшина, распускайте личный состав на десять минут по палаткам, а через десять минут, чтобы женщине 130 рублей отдали, а иначе я этих двух «убивцев» сам ЗАБЬЮ!
Оказывается Коля с Петей ночью в ближайшую деревню смылись в «самоход», чтобы самогонкой отовариться.

А дальше со слов старшины роты В.Кулька, что пересказал сбивчивый рассказ внучат бабушкиных.

Видит бабуля двух не хилых служивых, что по деревенской улице топают яловыми сапожищами. Ну и спрашивает:
— Ребятки, поросёночка не забьёте, а то вот внучики приехали худющие?
— Бабуля! Враз! Не в первой,- заявляет Петька, — ну ты же налей для зачину.

Ну бабуля и налила…. Как потом оба свиноубивца поведали, самогоночка была отменная и явно больше 40%. Ну а дальше…. Засадил Петро финяку свиняке не под левую, а под правую лопатку. Та вырвалась и с визгом по двору давай круги нарезать.  Да! Совсем забыл сказать, что Пётр был КМС по борьбе, а Николай перворазрядник по боксу. Короче ловит Петька поросёнка за задние ноги и ПОДСЕЧКУ, а Николай, чтобы не упасть согнувшись, ногами его, ногами. Забили свинёнка довольно быстро, но синим стало не только сало, но и мясо….

PS. А в начале уже второго курса, на первенстве училища по борьбе, Петро Селиванов на ковре, приняв соответствующую стойку, ходит вокруг противника и примеряется его ухватить, ниже себя ростом ,но «толщее» на много. И тут из зала кто-то из нашей «третьей, имени Степана Ильича», да пронзительно так:
— Петька! Ты чего кружишь вокруг упитанного?! За задние ноги его и подсечку!!!
Смех был всеобщим, потому что историю эту знало всё училище: не брат, так земляк был у каждого, не в другой роте, так на другом курсе….

Петя распрямился и судье:
— Да ну их! Не буду я бороться….

Репортаж.

DSCF4633

Колесо

 РЕПОРТАЖ с болью пониже того места спины, на котором заканчивается её благородное название.

Спина побаливала давненько. Тупая боль донимала после долгого сидения, особенно за рулём, и по утрам. Но встанешь, походишь, даже огород покопаешь, не спеша, конечно, и забываешь про «неудобство».

А тут как вступило! Ни лежать, ни сидеть, ни ходить, ни вздохнуть, ни …, ну, в общем, все в курсе и это на старости лет. Острая боль расползлась по спине и даже в ногу отдаёт. Ночь глаз не сомкнул, а с утра пораньше  поехал в районную поликлинику.

Что больше всего удивляет, так это то, какой же идиот  спроектировал и построил её на крутом пуске и с «крутющей» лестницей без перил на первый этаж?! Даже с палочкой еле взобрался.

Дальше — больше. Купи бахилы за 3 рубля. Это только у нас так: бесплатная медицина начинается с платных бахил, а платная — с бесплатных? Купил, по миру не пойду за три рваных, а вот как их надеть в моём состоянии? На стул сесть невыносимо больно, ещё и согнуться ведь надо в три погибели, а ведь в коридорах поликлиники такие низкие кушетки стоят, что я садиться на них не рискнул. Подоконники немногочисленные заняты такими же «несгибаемыми», как я.

Дождался своей очереди в окошко регистратуры:
— Девушка, мне бы к неврологу, боль в спине невыносимая.
— Вы у нас четыре года не были, а поэтому, сначала на рентген в левое крыло до конца,  потом на медосмотр в правое, а за тем ко мне без очереди.
— Девушка, ну болит же, ей богу! Нельзя ли наоборот?
— Нет! Вы что, всех заразить хотите?

Поплёлся на рентген. Очередь небольшая. Прошёл. Результат, сказали, будет через три дня (так почему же «низя» наоборот?), но какие — то два талончика дали. Медосмотр уложился в две минуты. Приковылял в регистратуру:
— Вам к терапевту, так положено. Ваш участковый врач в отпуске, идите в 28 кабинет (только что медосмотр проходил в 24-м).
Прихожу. Дверь полуоткрыта. Врач и сестра, какие — то бумаги усердно оформляют.
— Разрешите? — спрашиваю.
— Пока нельзя! Ждите.
Жду минут двадцать. Сесть не могу, ходить – то же не очень. Глянул на талон,  там время приёма 10.00, а на часах 9.16! Ещё немного подождал, и уходить собрался. Но тут врач около половины десятого предлагает пройти:
— Садитесь, рассказывайте.
— Да вот спина….
— Вам к неврологу.
— Я просил талон к неврологу, но мне сказали, что сначала к вам.
— Вот теперь идите и скажите, что вам к неврологу.

Приковылял в регистратуру:
— Терапевт сказал: «К неврологу».
Регистраторша хватает медкнижку, направление к терапевту и, сверкнув глазами в мою сторону, куда — то исчезает. Через 7-10 минут:
— Идите в 28 кабинет. Завотделением сказала, чтобы Миргородская приняла вас и выписала рецепт.
В 28-м меня встречает буря недовольства:
— Ходите! Жалуетесь! Ну, выпишу я вам лекарства….
— Кому я жаловался?! Я в регистратуре повторил ваши слова о неврологе!
— Чего вы на меня кричите….
— Я не кричу, голос у меня командирский, с детства отцом поставленный.
— Идите и ждите в коридоре! Рецепт вам сестра вынесет!

Вашу мать! Ринулся к выходу. Потом передумал: ворвался в кабинет завотделением. Там и врачиха, и регистраторша. То ли «с психу», то ли,  правда, но лицо «завши» уж больно на морду Лариски Шапокляк смахивает:
— Как мне попасть к неврологу?!
— Вы же не выполняете законные требования, ходите, жалуетесь….
— Что я не выполнил?  Кому и на что жаловался? Конкретно?!- в ответ тишина.
— Я последний раз вас спрашиваю: «Как мне попасть к неврологу?»
— В порядке общей очереди….
— Когда и где я лез без очереди?! Конкретно!
— Не перебивайте! Заберёте рецепт у терапевта и в регистратуру….
— Да пошли вы к хорошей маме, врачи хреновы!- сказал с горяча, хлопнул дверью кабинета  и «пошкандыбал» к выходу.
Догоняет медсестра, протягивает рецепт и говорит:
— Пройдите в 4 окно регистратуры, вас там ждут.

«Приползаю». Ставят два штампа на рецепт и протягивают «Талон пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях» на 8.40 в ПОНЕДЕЛЬНИК (дело было в среду) со словами:
— На более раннее время талонов к неврологу нет!

Пока спускался по этой, явно ни одним мной проклятой, лестнице, «мысля» в голову «шарахнула»:
— А что могла мне выписать Миргородская, зная только: «Да вот, спина….»?
Не иначе, как по «злобЕ», сходил в ближайшую аптеку. Оказывается гель и таблетки всего-то менее чем на 2500 рэ….

Я так понимаю, что от бесплатной медицины для простого народа осталась только платная нервотрёпка, ведь люди сидят в коридорах со своими лекарствами и бинтами.  «Успокоил» , как всегда, Медведев заявивший, что наша экономика заимела, а может поимела, тенденцию к росту.

 

Воспоминания далёкие и не очень. О белорусах опять.

Колесо

 Всё на том же ядерном семипалатинском полигоне колонну машин в двадцать на Балапан вёл. Метель началась: как всегда, внезапно. Чую по дороге не пробиться при одном-то 131-вом (остальные «заднеприводники») даже до пункта обогрева, а уж….  Сворачиваю в «степь голимую», в метели, даже со снегопадом, снег задерживался именно за дорогу, а «во степу широком» иногда земля «голимая» просвечивала. Не помогло, и по степи не пробиться. Вязнет «ЗиЛок» головной. Вижу «железный» ориентир — до пункта обогрева строителей 2км. Останавливаю колонну, по цепочке передаю построение у головной машины….
— Мужики, кабины закрыть наглухо. С собой взять всю имеющуюся жратву, канистру с бензином Кешка(водитель головного ЗиЛа) берёт. До пункта обогрева всего-то три км.

Кто-то что-то вякнул про «на … это нужно», но ребята, в основной массе своей белорусского призыва, «как-то очень быстро его успокоили»: через пять минут «пешедраловой» колонной двинулись….

А через четверо суток на пункт обогрева приземлился вертолёт, пилоты которого, ну очень, хотели узнать, не видел ли кто людей с колонны автобата. А мы — вот они.

Командир «вертушки», радостно так:
— Старлей, танковый снегоочиститель с берега вышел, мне приказано тебе с пацанами твоими сухпай отдать и к колонне доставить.
Какие дела?!
Высадил он нас в заснеженной степи и улетел.

Стою, «степь, да степь кругом», какой там фонарь! Снег! Подумал, что ошибся с местом высадки «летун». Смотрю бугорок, ну, и в забрался на него: снег на сколько   глаз видит….

Переступил с ноги на ногу, с досады то, а под ногами по звуку пустота какая-то!   Пнул снег валенком — стою на крыше КрАЗа, что вторым в колонне шёл….

Пока снегоочиститель подошёл, белорусы мои без лишних эмоций не только кабины, но и двигатели своих машин откопали и двигуны прогрели….

На Балапане нас уже ждали.

 

Воспоминания далёкие и не очень. Каждый может….

Колесо

 Увидел «сей секунд» это фото в инете и…, ну, прямо «картина маслом»: художника может обидеть каждый….

Жена попросила до красить пол в классе (училка она у меня), так как «родителя» её ученика, который этим занимался, по тревоге в часть вызвали…. Покрасил, жёнушка, естественно, там же была, приходим домой, а сын (дошкольник) в «зале» обои в пол стены её губной помадой изрисовал и ждёт явно наших «умилений» своими художествами. Слова материны: «Никогда, слышишь, никогда не рисуй на обоях!», — явно его не устроили и он исчез.
— Васенька, ко мне завтра родительский комитет класса после обеда придёт….
— Что это должно для меня означать?,- спрашиваю, смутно догадываясь о сути её слов уж больно «просительных».
А тут заходит сынок, с остатком её помады в руках, и вопрошает явно с материнской интонацией в голосе:
— Ну, и где мне рисовать? В туалете стенка шершавая и помада ломается….

Короче за полночи мы обои в зале с ней переклеили. Потом благодарность, естественно, меня не минула. А утром на построении соединения, выйдя из строя по приказанию командира части, генерал-майора, для редкого, надо сказать, публичного поощрения я не сдержался… и «зеванул».
— Колесников! Чем это вы ночью занимались, если на плацу перед строем дивизии так сладко зеваете?!
— Мольберты натягивал, товарищ генерал.
— Что?!
— Сын обои губной помадой изрисовал, так жена «уговорила» в тот же вечер переклеить.
— Ой хорошо, как видно, отблагодарила….
— Грех жаловаться….
— Ещё зевнёшь, майор, и вторая, уже от меня, «благодарность» не минует,- под общий «хохоток» закончил командир.

Воспоминания далёкие и не очень. Мельников Николай.

  Увидел это фото в одноклассниках, и сразу вспомнил сослуживца — прапорщика Мельникова Николая Михайловича, техника взвода в той части под Новгородом, в которой зампотехом «напрягался». И тут же отчётливо так «картинка» нарисовалась.Колонна спецформирования с учений возвращалась, Михалыч, как и положено технику, ТЗ(техническое замыкание) возглавлял.На одном из множества крутых поворотов, один из Уралов поехал прямо (водитель, скорее всего, заснул за рулём, зас…анец)и перевернувшись рухнул под откос. На всеобщую радость склон был засыпан глубоким снегом, и спец машина перевернувшись на крышу спецфургона застыла вверх колёсами. Первым к месту аварии подъехал Мельников. Водитель к тому времени уже на дорогу вылез, а лицо у него страшное такое, чёрное…. Ну прапорщик, перепугавшись за солдата, спрашивает вкрадчиво так:
— Володя, что у тебя с лицом? Где ещё болит?
А тот улыбнувшись и обнажив белизну зубов:
— Да со мной ничего, товарищ прапорщик, это канистра с маслом, что под сидением лежала, раскрылась….

Договорить он не успел. Ухватил его Николай за ухо, вывернул , чуть не оторвав, развернул ездюка того к себе «тылом» и одновременно с пинком прокричал:
— Ах ты, ссука, ты что с машиной сотворил….